Мифы Петербурга

Почему Петербург называют городом, «созданным из ничего», — и как эта идея превратилась в городской миф? Правда ли, что на стрелке Васильевского острова скрыта масонская символика Соломонова храма? И почему сфинксы на Университетской набережной стали одной из главных загадок и эмблем города?

Эта книга — ключ к многослойной мифологии города, от «большого мифа» о Петре Великом как демиурге и городе-парадизе до мрачных легенд о наводнениях и «конце Петербурга», в которых стихия возвращает миру первозданный хаос. Вы узнаете, как Петербург «впитывал» чужие мифологические языки и делал их своими, почему наводнение 1824 года стало центральным сюжетом петербургской эсхатологии и как литература и кино снова и снова оживляют эти сюжеты, превращая город в пространство знаков, намеков и легенд, которые считываются с первого взгляда.

Для кого эта книга

Для тех, кто хочет заглянуть за фасад парадных подъездов и увидеть истинную душу самого загадочного города России.

Для тех, кто хочет расшифровать масонские знаки и загадки сфинксов Петербурга.

Для читателей, увлеченных городскими мифами — от петровского рая до эсхатологии наводнений.

От автора

Книга, которую вы держите в руках, посвящена мифологии Петербурга. О самом Петербурге сказано чрезвычайно много. Как человек, который уже не первый год водит экскурсии по городу, добавлю: иногда кажется, что излишне много. В потоке броской и зачастую поверхностно-сентиментальной информации из виду теряется то существенное, ради чего мы обращаемся к изучению города как такового: город — это живое явление, и у него есть душа.

Городская мифология существует на стыке больших мифологических систем и малой формы, она включает в себя слухи, исторические анекдоты, литературные цитаты и прямой пересказ литературных произведений, поверья, связанные с определенными локусами, в том числе и индустриальными. Как бы мы ни относились к современному городскому фольклору, он позволяет человеку выстроить эмоциональные связи с теми пространством и временем, в которых тот живет: в каком-то смысле он помогает человеку преодолеть его экзистенциальное одиночество в большом городе и в ситуации исчезновения подлинно глубоких исторических смыслов.